Отзвуки исчезнувших деревень Парфинского района д. Махлюёво

#Новгородика_2023 #Отзвуки_исчезнувших_деревень
✅Наша рубрика "Работа по реализации проекта «Отзвуки исчезнувших деревень Парфинского района», который стал победителем XVI областного конкурса инновационных творческих проектов «Новгородика» в номинации "Истоки и современность"".

Публикуем материалы которые войдут в сборник "Отзвуки исчезнувших деревень Парфинского района". Рассказ о небольшой деревне Махлюёво, стоявшей в красивейшем месте на излучине реки Ларинка, погибшей зимой 1942 года.

Деревня Махлюёво.


Деревня Махлюёво была небольшой. По данным Списка населенных мест Старорусского уезда за 1909 год в Махлюёве было всего восемь домов, а перед Великой Отечественной войной уже восемнадцать.

Между Махлюевом и ближайшей деревней Зорянкой было ровное, без леса, поле длиной около километра. Как вспоминает Екатерина Алексеевна Иванова, для которой Махлюево - родина, когда в деревне ложились спать, или рано утром вставали, то были видны огоньки и дымки из печных труб домов Зорянки.

Немного дальше была деревня Горчицы на западе. В трех километрах на восток находилась деревня Кочаново, через которую можно было проехать по дороге в Круглышево и Ивановщину. Через речку мимо «весёлой горки» дорога шла в большую деревню Курландское.
В 1929 году деревня была почти полностью уничтожена пожаром, огонь пощадил только дом Ивановых. Дед Иван Осипович, хозяин дома, обошел с иконой вокруг дома, ветер переменился, и дом уцелел.

К северу деревни рос небольшой хвойный лес, это место прозвали «мошок». Там в одном километре от Махлюёво, в четырех домах жили выходцы из Псковской губернии, так называемый «хутор», жителей которого называли «скобарями», а по словам Е.М. Петровой, «рендаками».

Уже в колхозные времена, незадолго до войны, их заставили бросить обустроенное место и переселиться в деревню. Кто-то из них смог купить в деревне дом, а кто свой перевез. Жили «скобари» на въезде в деревню, им принадлежали четыре дома с левой стороны.
Напротив «мошка» за рекой Ларинкой, по кряжам, росло много орешника, который растет и сейчас. Жители Н.Деревни и Тополёва посещают эти места, только дороги туда заросли, а орехов там по-прежнему много.

Деревянная плотина водяной мельницы Москвина была сооружена метрах в пятидесяти ниже деревни по течению реки Ларинка. Построил её Гаврилов, но он продал её в 1918-19 г. Николаю Москвину, у которого мельницу отобрали, а его сослали в Сибирь. Егорову Ивану Егоровичу было поручено восстановить мельницу, что он с успехом сделал. Тогда же Иван Егорович женился на дочери строителя мельницы Гаврилова – Ольге. По словам Е.М. Петровой (ее мать родом из д. Махлюёво) хозяином мельницы был ее родной дядя Максимов Иван Максимович, который передал мельницу в колхоз и работал мельником.

Уроженец деревни Зорянка А.И.Кураченков вспоминает, что Иван Егорович часто бывал в их доме в Зорянке, т.к. он был родственник отцу, особенно в зимние вечера, и рассказывал много разных сказок. Послушать собирались мальчики и девочки из других семей. Спустя много лет ребята узнали, что это были сказки Г.Х.Андерсена.
А.И.Кураченков говорит, что ниже по течению, ближе к Зорянке, стояла еще одна мельница – Адольфа. Адольф сжег и мельницу, и дом, его арестовали и выслали.

По словам Екатерины и Ольги Ивановых, на мельнице Москвина работал какой-то Адольф. Наверное, он вернулся после высылки, но в деревне не жил, приходил откуда-то со стороны.
Ларинка не очень полноводная река, поэтому в неделю мельница работала два дня, а пять дней перед плотиной набиралась вода.

Между мельницей и деревней было небольшое поле, на котором хорошо росли овощи.
В сторону Зорянки находилась так называемая «мякенькая лучка» (очень интересное название), на которой выращивали овощи и картофель, а по краям, вплоть до ручья, косили траву на сено.
Зерновые культуры сеяли на полях слева от деревни.
Скот пасли в огороженном жердями загоне в направлении д. Круглышево, прогон для скота был между домами Васильевых и Устиньи.
Для покоса места было мало, поэтому издавна и до и после коллективизации, сено готовили на пожне около д. Волосько, а зимой на лошадях перевозили.

Дрова, чаще ольховые, готовили по кряжам. Драли лозу и возили сдавать в Полу, это был хороший приработок.
Яблоневые сады располагались за деревней в сторону Ларинки.
Речка спасала и зимой, если в суровые морозы колодцы промерзали, то за водой ходили на Ларинку. Бани деревенских жителей стояли на берегу, справа и слева от брода через речку по дороге на Кочаново.

Зимой молодежь ходила на вечера в соседние деревни: Зорянку, Курландское, Кочаново, Горчицы, а отдельные любители забирались и подальше.
Деревенским гармонистом был Костя Захаров. В Махлюёво вечера зимой устраивали в домах Сидоровых и Николаевых. Немое кино показывали в гумне, сараях, там, где можно разместиться. Государственные праздники 1 Мая и 7 Ноября праздновали все вместе, коллективно. Новогодние праздники жителями не отмечались, но елка для детей устраивалась в Горчицкой школе.

Зимой большим удовольствием для ребятишек было прокатиться на санках, а иногда и на дровнях по склону от прогона вдоль дороги к Ларинке. Наиболее отчаянные неслись сломя голову на чем попало с крутого обрыва по ледяной горке у дома Захаровых. Напротив деревни за Ларинкой, по дороге на Круглышево, на краю крутого склона, была небольшая горка. Это было место, где собиралась и веселилась молодежь. Приходили туда парни и девушки из ближайших деревень.
Как и в Зорянке, это место прозвали «веселая горка» или «весёлка», по - разному называли, а вокруг неё был сенокос.

Церковными праздниками были Ильинская пятница (последняя пятница перед 2 августа) и Варламий.
В Ильинскую пятницу два человека проносили по деревне большую икону, украшенную белым расшитым полотенцем, у домов останавливались, старые люди читали молитвы.
Больница была в д. Васильевщина, в ту пору это была большая, известная деревня.
Маслобойни в деревне не было, приходилось ездить бить масло в Веретейку или Горчицы.

В начальную школу ребята ходили через Зорянку в Горчицы, а если было сухо, то шли по тропинке вдоль берега Ларинки ниже зорянской «веселой горки».
Как вспоминает Екатерина Алексеевна, на больших переменах бегали из школы в Махлюёво и успевали на урок. С пятого класса школьники учились в деревне Налючи, это около 5 км от деревни. В советские времена эта школа называлась ШКМ (школа коммунистической молодежи).

Во времена репрессий из деревни хотели выслать несколько человек, но жители, как и в соседней Гривке, встали на их защиту - «если их, то и нас высылайте всех». Власти отступили, видя такой категорический настрой жителей, и никто за все время из деревни не был выслан.
Организованный колхоз назвали именем Ленина, бессменным председателем которого был Василий Максимович Максимов. Это был, пожалуй, единственный колхоз Налючского края, который сдавал на льнозавод не льнотресту, а куделю, то есть лён, готовый к пряже. Это было очень трудоемко, но выгодно. По словам сестер Екатерины и Ольги Ивановых, всю зиму лён обрабатывали в домах, так как специальных помещений в колхозе не было, удобств это жителям, конечно, не приносило.

Большого колхозного двора и конюшни не было построено, животные находились по дворам жителей. Рига, пуни, кузница и пожарное депо, находились недалеко от дома Устиньи. Под правление колхоза была отдана часть дома Ивановых, он был большой, в 5 окошек на улицу.

Столько лет прошло, но Екатерина Алексеевна и Ольга Алексеевна четко представляют саму деревню, где кто жил, чем занимался, многое знают об их судьбах в годы войны и после неё.

Хозяин дома №1 Матюхин работал конюхом в колхозе, воевал, погиб.

Захаров Василий, проживавший в доме №2, в колхозе не состоял, а работал в Лычковском леспромхозе.

Про хозяина дома №3 Захарова ничего не известно.

В доме №4 жила семья Егоровых. Иван Ефимович воевал, после войны жил в Новой Деревне. Его жена Екатерина в войну погибла в Сорокопенно от несчастного случая, выстрелило охотничье ружье хозяина дома, где они остановились. У них была одна дочь Люся.

Хозяин дома №5 Сидоров Ефим умер задолго до войны, его жену звали Мария. Старший сын Иван начал войну рядовым, а закончил офицером. Средний сын Михаил погиб. Младший сын Николай в армии не служил из-за молодости лет. После войны в 1947 году при разминировании в Тополево погиб, подорвавшись на мине.

В доме №6 жила семья Алексея Максимовича Максимова, он был хороший плотник. Его жену звали Мария Ивановна. Старший сын Николай погиб. Сын Иван воевал, после войны жил в Парфино. След младшего сына Алексея затерялся. Дочери Анна и Серафима живы . Анна живет в Поле, а Серафима в Колпино.

Хозяином дома №7 был Николай Москвин, его жену звали Пелагея. У них было две дочери Мария и Нина.

В доме №8 хозяевами были Николаевы. Мужа звали Николай, а жену Мария, у них было шестеро детей.Старший сын Николай воевал, погиб, его убили бандеровцы. Про старшую дочь Марию ничего не известно. Антонина перед войной в деревне не жила, она уехала и работала в Бологом. Петр погиб. Василий воевал, после войны работал на железной дороге. Младший сын Александр после войны занимал очень высокую должность на заводе в Ленинграде.

У семьи Васильевых из дома №9 трагическая судьба. Муж рано умер. Жена Пелагея одна растила троих сыновей. Все трое погибли. Старший сын Иван погиб в Финскую войну. Николай погиб на фронте в Великую Отечественную войну. Младший сын Федор по молодости не был мобилизован и пошел в партизаны, в Псковской области попал в плен, бежал, снова партизанил. Погиб совсем молодым.

В доме №10 жила женщина по имени Устинья, фамилия неизвестна. Была деревенской повитухой, у всех женщин принимала роды.

Дом №11 принадлежал Федору Максимовичу Максимову. Его жену Елизавету прозвали Веткой. Задолго до войны семья уехала в Ленинград, где Федор Максимович работая на Кировском заводе, погиб. Жена блокаду пережила.

Все жители дома №12 после войны остались живы. Василий Захаров, его жена Александра, сын Николай и дочь Нина. По молодости Николай не был мобилизован в армию, после войны работал в Лажинах инженером в совхозе. Дочь Нина после войны жила в Ленинграде.

Хозяин дома №13 Иван Егорович Егоров, остался жив. Жена Ольга, дочь Евгения и маленький сын Костя были угнаны в Сорокопенно. Дочь Евгения сейчас живет в Сергеево.

В доме №14 жила семья Васильевых. У этой семьи также трагическая судьба.
Муж рано умер от туберкулеза, жена Татьяна растила двоих сыновей Виктора и Владимира. В войну оба погибли. Она осталась одна.

Хозяином дома №15 был Василий Максимович Максимов, бессменный председатель колхоза. Его жена умерла при родах, оставив пятерых детей. Василий женился на Анастасии из д. Щечково, которая родила ему до войны еще двух детей.
Его старший сын Александр воевал, погиб. Младшего сына Костю сдали в дом малютки. Екатерину, Антонину, Зинаиду немцы вывезли в Латвию. После войны Екатерина жила в Ленинграде, Зинаида вышла замуж за латыша. Судьба Антонины неизвестна.

В доме №16 жила семья Егоровых – хозяин Егор Иванович, жену его звали Прасковья. С ним жил и отец Егора Иван Осипович. Остался жив только старший сын Петр, он воевал, но уцелел. Остальные трое детей погибли. Василий и Николай погибли в Великую Отечественную войны, дочь Оля в возрасте 11 лет погибла в Демянском котле в Сорокопенно, во время обстрела деревни нашими войсками.

В доме №17 проживала семья Ивановых (в деревне их звали Солдатовы). Хозяин дома Алексей Иванович работал в колхозе счетоводом. Во время Первой мировой войны был кавалеристом. Он сам рассказывал, что во время обучения верховой езде и владению шашкой невзначай отрубил своей лошади ухо.
Его дочери Екатерина Алексеевна и Ольга Алексеевна рассказали, что отец в начале войны был определен в партизаны, даже оружие им было получено, а он рвался на фронт.
Он пошел на сборный пункт в Веретейку, там сдал оружие и его направили в армию. Уже летом 1941 года он погиб в Мясном бору под Новгородом. Про это рассказал его боевой товарищ, который после войны отыскал семью Ивановых.
Жена Алексея Ивановича Анна Михайловна, родом из Зорянки, дочь Михаила Ходокова. Старший сын Евгений воевал, был разведчиком, имел много наград. После войны жил в Новой Деревне. Умер от полученных на войне ран.

В первых числах сентября 1941 года в деревню со стороны Горчиц въехали немецкие мотоциклисты, в деревне они не остановились, а поехали в сторону Кузьминского. Зимой в феврале 1942 года семью Ивановых, вместе с остальными жителями деревни погнали за реку Пола. Все, что могли взять с собой, взяли, надевали на себя сразу по четыре платья. Ивановы повели с собой корову. Направили всех за Васильевщину, в Сорокопенно и далее в Лозницы, где Ивановы сумели продать корову. Мать с детьми немцы повезли в Латвию. В Локне (70 км от г. Холм) четырнадцатилетнего Костю оторвали от семьи и поместили в мужской лагерь. Мать жила отдельно от детей.

Лидия и Екатерина по приказу немцев работали на лесозаготовках, ремонтировали дороги. Жили в бараках, в лесу. В Лозницах немцы отобрали у матери младшую дочь, одиннадцатилетнюю Ольгу. В Старой Руссе посадили в железнодорожный вагон, в Порхове всех из эшелона выгнали. Одна женщина, звали её Зинаида Степановна, подобрала Ольгу и пристроила в немецкий приют в деревне Дубровно Псковской области.
В этом «Чубаревском приюте» она работала воспитательницей, в приюте находилось около 50 детей от трех до двенадцати лет. Ольга была там до освобождения. И до сих пор Ольга Алексеевна поддерживает тесную связь со своей подругой из приюта. Во время моей беседы с сестрами раздался телефонный звонок, звонила эта подруга, и Ольга Алексеевна долго разговаривала с нею.

Младший сын Александр, которому не было и одного года, умер от простуды в Демянском котле. Оставшиеся в живых члены семьи соединились вместе в 1945 году. После войны все три сестры жили и работали в Новодеревенском совхозе «Налючи». За добросовестный труд младшая сестра Ольга Алексеевна награждена орденом «Знак почета», она долгое время была в совхозе бригадиром животноводства.

В доме №18 хозяином был Максимов Иван Максимович, его жену звали Лидия, родом она из д. Пожалеево. Иван Максимович в колхозные времена работал мельником, хорошо выделывал кожи, был сапожником, плотником, играл на гармони. Его жена хорошо клала печи. С первых дней войны Иван Максимович был призван в армию. По словам его жены, она в годы войны работала в Иверском госпитале г. Валдая, Иван волею судьбы оказался в госпитале тяжело раненным, там же он и умер. Похоронен на острове валдайского озера.

28 января 1942 года деревня Махлюево была освобождена от врага. 645-й стрелковый полк 202-й стрелковой дивизии полковника С.Г. Штыкова выбил эсэсовцев из деревни.

Деревня в ходе боевых действий исчезла с лица земли. Заросли дороги, ведущие к ней. Да и некуда было ездить, ведь соседние деревни тоже были уничтожены.

Я периодически посещаю родные места. Последний раз 5 апреля 2021года я побывал на месте, где стояла деревня Махлюёво. На поле в направлении Зорянки вырос высокий лиственный лес. Место самой деревни не заросло, там стоят 8 старых тополей и 16 одичавших яблонь. Ларинка по-прежнему очень красиво огибает дугой деревню. Нашел я и место на Ларинке, где стояла мельница Москвина. Это небольшой водопад, вернее порог из камней, которые были основой плотины.
Берега Ларинки кустарником не заросли, но поперек её русла ветром навалены многочисленные упавшие старые деревья.

Фото: Место на реке Ларинка, где была водяная мельница

Источник: материалы исследования краеведа Симакова А.П. https://vk.com/id346016379