Гонко Евдокия Петровна.

Из краеведческого сборника очерков и воспоминаний «Шли землячки по войне, за большой Победой».

Гонко Евдокия Петровна.

С чувством гордости и большим волнением ждали ветераны День Победы. Всегда готовилась к нему и Евдокия Петровна Гонко, уроженка д. Пенно Старорусского района. Отгладит фронтовую гимнастерку, подошьёт белоснежный подворотничок, до блеска начистит медали, достанет старенькую пилотку. Гимнастерка и медали – особая гордость Евдокии Гонко, любуясь ими, приходят воспоминания своей фронтовой молодости. А муж шутит: «Дусь, а гимнастерка-то уже лучше тебя». Евдокия Петровна не обижается, тоже шуткой отвечает: «Так и я когда-то тоже была ничего». Только трудно было сохранить эту красоту, пройдя через кромешный ад минувшей войны. До сих пор на её лице остались метки от ран, нанесенных сучьями деревьев при долгих ночных переходах по лесу. Случалось по 40-50 километров за ночь приходилось продвигаться партизанам: тихо, бесшумно, в прямом смысле слова на ощупь.
В партизанский отряд привел Дусю её младший 13 - летний брат Миша, сбежавший в партизаны. Было это в Порховском районе Псковской области, куда семью Васильевых вместе с другими односельчанами, увезли немцы. Однажды когда Миша потихоньку прокрался домой, чтобы проведать своих родных, сестренки Дуся и Маша спросили: «Миш, а в партизанах-то страшно?» На что брат ответил: «Страшно». И добавил уже совсем не по-детски: «Но воевать надо». Именно тогда Дуся приняла решение уйти с братом в партизаны. Когда объявили родителям об этом – мать в крик и слёзы: «Не пущу!». Ведь партизанам-то было - тринадцать и семнадцать лет. Однако с трудом уговорили, пообещав, что ничего с ними не случиться.
Попала Евдокия в один из отрядов, входящих в состав партизанской бригады В.А. Германа. Определили ее в медсанчасть. Там партизанский хирург научил девочку оказывать первую медицинскую помощь. И потекли партизанские будни. Вместе с бойцами ходила на задания – подрывала железнодорожные пути, поезда, автомашины. После боя, если не удавалось уйти невредимыми, отсиживалась с ранеными в кустах в ожидании помощи.
После одного из боев, близ д. Гречуха, спрятали её партизаны с ранеными бойцами в бане. В ходе перестрелки ей самой пуля поцарапала шею. Пришлось наложить белую повязку. Староста деревни видел, как они прятались и доложил немцам, но их спас местный житель, вовремя предупредив, чтобы уходили. Тяжело было Дусе помогать почти лежащим бойцам, идти не мог никто, все ползли, но добраться до леса успели.
На следующий день Дуся узнала о том, что в той деревне на глазах у матери расстреляли 15-ти летнюю девчушку. На шее у нее была повязка, вскочил чирий. И немцы приняли её за партизанку. Долго потом не могла успокоится Дуся, считала себя виноватой в смерти девочки.
А жизнь в отряде продолжалась. Не успели выполнить одно задание, уходили на другое. В самых сложных участвовала чуть ли не вся бригада. Нередко завязавшийся бой длился сутками, оставляя большие потери. После одного из таких боев, 20 раненых с медсестрой партизаны спрятали недалеко от деревни Житницы. И долго не могли незамеченными подойти, т.е. немцы, после нападения, так повсюду и ходили. Раненые стонали и даже кричали, у некоторых были тяжелые раны – в живот, в голову. Отрезанные от всех, без бинтов, еды и питья, просидела медсестра с ранеными около 10-ти суток. Пятеро из ребят, не выдержав, скончались в муках. Остальных партизаны с боем вывезли.
Многие жители окрестных деревень, рискуя быть расстеленными, помогали партизанам. Сестра Мария работала у немцев, воровала бинты, медикаменты и передавала партизанам. Однажды её «засекли» и заперли в бане. Но Марии удалось убежать.
Однако немало было и предателей. Даже в партизанском отряде была Таська-разведчица. Очень часто после её «вылазок» отряд попадал в засады, обстреливался с воздуха. Однажды командир отряда поручил разведчикам проследить за ней. Ничего не подозревая, Таська вошла в деревню, и немцы встретили ее как свою. Вернувшись в отряд, услышала приказ: «В расход». Её даже не допросили.
«Много было чего, - вспоминала Евдокия Петровна.- В двух словах о войне не расскажешь. Я только сейчас начинаю сознавать, как же я смогла все это вынести? Как удалось мне, этакой маленькой девчонке, которую и называли-то в шутку «кнопкой в планшетке», вытаскивать с поля боя здоровенных мужчин. Откуда только силы брались?»
Очень жалеет Евдокия Петровна, что не дошла до Берлина. После объединения партизанской бригады с армией участвовала в освобождении Прибалтики. В начале 1945 года её и еще несколько медсестер отправили работать в госпиталь г. Боровичи. Там и встретила День Победы. Награждена Евдокия Петровна Гонко орденом Отечественной войны, медалью Жукова.
Почти сразу же после войны рассталась с профессией медработника. Не смогла больше видеть кровь и страдать за чужую боль. Столько всего насмотрелась и пережила, что хватило на всю оставшуюся жизнь. Почти четверть века работала Е.П. Гонко стрелочницей на железнодорожной станции Парфино. Оттуда по болезни ушла на пенсию. Стало сдавать сердце. Сердце, которое замирало от страха, переживаний, боли за тех, кто не дожил до Дня Победы.